Старец Иосиф, святой Максим Исповедник, является ему и истолковывает сложный отрывок!

Однажды, чтобы побудить нас [старейшину Иосифа из Ватопеди] изучать патристические писания, он сказал, что польза приходит не только от их учений и отеческих наставлений, но и от их посольств.

При изучении их произведений мы должны обращаться к ним за примерами.

В своей исихастской избушке в Новом ските [на Афоне], изучая труды святого Симеона Нового Богослова и одновременно молясь святому, он настолько остро ощущал присутствие святого, что это вызывало у него стыд и смущение.

«Мне страшно, — сказал он, — не трогайте его!»

Он усердно, систематически и глубоко изучал труды святых отцов.
Он всегда читал с оригинала и избегал переводов.

Труды, недоступные многим, такие как произведения святого Григория Паламы и святого Максима Исповедника, были не только понятны ему, но и являлись для него главной духовной пищей, несмотря на то, что он не получил даже самого элементарного формального образования.

Он поддерживал живое общение с Отцами Церкви, тексты которых изучал.
Он рассказывал мне, что однажды не понял сложного отрывка из послания святого Максима Исповедника, и сам святой явился ему и истолковал его.

Нередко сама тетя Харрис объясняла ему некоторые вещи или незнакомые слова, которые он встречал во время чтения.

В другой раз, когда мы обсуждали одну тему, он упомянул мне слово — я сейчас уже не помню, какое именно, — которое встречается в одном из ямбических канонов святого Иоанна Дамаскина, и сказал, что в тот самый момент Харис дала ему свое толкование, которое она также передала и мне. Чтобы подтвердить это, он даже попросил меня заглянуть в наш словарь, и мы обнаружили, что словарь дает точно такое же толкование, как и у старца.

Из книги архимандрита Ефрема Ватопейского «Старец Иосиф Ватопейский (1.7.1921-1.7.2009)», изданной Святым Великим Ватопейским монастырем.